Департамент по туризму Министерства спорта и туризма Республики Беларусь начинает вести Реестр субъектов туристической деятельности.

Проводится переучет бывших узников лагеря «Озаричи». Требуются ксерокопии паспорта и удостоверения узника.

Обращаться по адресу: ул. Школьная, 2 (бывшая 1-я школа, кабинет «Ветераны труда и войны»), с 9.00 до 13.00 (кроме субботы и воскресенья).

 

Василий Скурчаев

В этом году Светлогорск отметит свой 55-летний юбилей. А вместе с ним на протяжении этого года в такой же возраст вступили люди, которые росли в нем и вместе с ним. Именно с ровесниками города – юбилярами этого года – мы и будем знакомить наших читателей. Один из них – Василий Скурчаев.

Василий Васильевич, расскажите, пожалуйста, о своих «корнях».

– Я уроженец деревни Жердь Светлогорского района. Родился я в январе 1961 года еще в Паричском районе (так и в свидетельстве о рождении записано), а статус города Шатилкам дали в июле 1961 года. Рос в деревне до 14 лет. Отец закончил строительный техникум в Мурманске. А мама с родителями (моими дедом и бабушкой – коренными местными жителями) уезжали в Москву, там жили и работали, пробыли там всю войну, а 1946 году вернулись на Родину. Отец работал в городе и, когда подошла очередность получения жилья в 1975 году, семья из деревни перебралась в город. В нашей семье было 4 детей. Младшего брата уже нет, а сестры, как и я, живут в Светлогорске. Горжусь своим дядей Иваном Никитичем Садоводовым, который был спортсменом, затем работал тренером. Он, к сожалению, золотых медалей не имел, всегда был вторым, но когда стал тренером, завоевал со своими учениками золотую медаль Мюнхенской олимпиады. К слову сказать, генерал авиации Николай Егорович Кириченко, адмирал флота Владимир Владимирович Пыж – тоже уроженцы Жерди.

Как проходили Ваши школьные годы?

– Хорошо помню Марию Ильиничну Марковец. Она работала в нашей Жердянской малокомплектной школе. Представьте: одно помещение, три ряда парт, три класса (первый, второй, третий), и всех одновременно надо учить. Я попал на период перехода обучения с белорусского языка на русский. И в 1 классе предметы на русском, а у нас – на белорусском. А она одновременно работала с тремя классами и всех успевала и опросить, и объяснить. Она научила нас многому. Я понял, что можно трудиться эффективнее и знать гораздо больше, начал оценивать самого себя, свой рост. Когда человек начинает оценивать себя и свой рост, неважно маленький он или большой, это означает, что процесс воспитания идет правильно. Это работа педагога, которая определяет жизнь ученика.

В 8 класс я уже пошел в городскую школу – СШ№7 (ныне – гимназия). Я выпускник этой школы, первого выпуска Петра Михайловича Кулаковского в качестве директора. Он к нам пришел молодым, ему было 29 лет, я уже сам на пенсии, а он все еще работает (к слову сказать, у него в этом году был 38(!) выпуск). Я был лучшим математиком в школе и поэтому все видели во мне физика-математика, а я хотел поступать после 8 классов в художественное училище, ведь я неплохо рисовал. Классный руководитель поговорила с родителями, потому что считала, что с моим потенциалом нужно высшее образование, и я закончил 10 классов с двумя четверками в аттестате, остальные – пятерки. Я искренне благодарен всем учителям, которые меня учили.

Каким был наш город в то время?

– Когда я приехал в город, на третьем м-не было всего две группы домов (он начал строиться в 1972-73 годах). Улица Азалова называлась Полесской и там был частный сектор. Автобусы туда не ходили. Чтобы добраться на работу, на автобус надо было идти либо на «Березину» на маршрут №2, либо на вокзал на маршрут №1. Был единственный магазинчик, в котором к вечеру было просто пусто. И я в магазин ходил в м-н «Первомайский», туда, где сейчас «Детский мир» (в просторечье – в «двухэтажку»). Школа тоже была одна на микрорайон. А на месте нынешних улиц стоял лес, и сразу за школой тоже был лес. За какими-либо услугами надо было идти либо в Октябрьский, либо в Первомайский микрорайоны. Я был в 10 классе, когда в городе построили первую девятиэтажку в Молодежном м-не – это д.30.

Где Вы учились после школы?

– Все были против моего поступления на архитектурный факультет Белорусского политехнического института, но я подал туда документы. Это была чистая авантюра с моей стороны: во-первых, факультет был элитный, во-вторых, почти все абитуриенты имели за плечами хотя бы художественную школу. А я – простой сельский парень, без какой-либо художественной подготовки. Но на вступительных экзаменах по рисунку я получил пятерки, а в остальных предметах я не сомневался, я их знал. Вначале было трудно. Первые два курса учиться было тяжеловато, а с третьего пошло: закончил последний курс на одни пятерки. Случайный выбор совпал с возможностями и желанием. Я доволен, что стал архитектором. Эта профессия учит смотреть, видеть, в ней много сложных технических дисциплин, но много и интересного: история искусств, история культуры, архитектуры, основы архитектурной композиции, основы ландшафта… Я научился рисовать. Этому можно научить практически любого, нужны терпение и желание обучаемого. Закончив институт, я очень хорошо рисовал, при этом я входил в тройку лучших студентов, потому что многое зависит от преподавателя. Мне везет в жизни на хороших людей.

Куда дальше жизнь забросила?

– Я распределился на Гомельское управление, уж очень домой хотелось… Пришел к главному архитектору района Виктору Кимовичу Сорокину и то сразу взял меня на работу. Так сразу с институтской скамьи я приступил к работе руководителя проектной группы. Через 11 месяцев в ноябре 1983 года я уже исполнял полтора месяца обязанности главного архитектора, а потом назначили главным архитектором (с 1984 года по 1988 год), перешел на работу в Гражданпроект, где проработал по 1991 год. С 1992 по 2009 был главным архитектором района. Я отработал в этой сфере почти 21 год.

Так Вы больше руководитель или исполнитель?

– Я больше аналитик: люблю управлять процессом, но не люблю командовать людьми. Меня на работе ценили. У меня были неплохие отношения с подчиненными, но мне было тяжеловато. Результат моей работы руководство устраивал, подчиненных устраивал порядок работы, потому что все, что мешало процессу, отсекалось, многое делалось на личном контакте.

В любой работе важны люди, с которыми работаешь, верно?

– Участие архитектора необходимо практически на каждом этапе работы. Именно архитектор предлагает варианты посадки объекта, а потом исполком принимает один из вариантов. И проектировщики работают на том варианте, который выбрал местный архитектор. Но это коллективный труд, все зависит, все-таки, от общей политики исполкома и архитектурного отдела. Посадки крупных объектов не так часто бывают, больше ремонта, реконструкции объектов. Вы, наверное, не помните, какой было Набережная до 1994 года? Там был автодром, магазин Шульмана, памятник, остов сгоревшей судоверфи, все было уставлено сейфами… Александр Серафимович Якобсон пригласил нас с Анатолием Ивановичем Решетиловым, поинтересовался, что можно сделать. Прикинули, предъявили свои идеи. Он уточнил некоторые моменты, ведь он сам профессиональный строитель. Предложение было одобрено, предприятия согласились в этом поучаствовать. За полгода было все оформлено, на следующий год был построен «Бис» и памятник афганцам. Это был очень большой объем работы. Анатолий Иванович приходил на работу туда, на Набережную, сразу в рабочей форме и работал там за прораба. А я «закрывал» два отдела – за него и за себя. Провели субботник, лунки выкопали и саженцы посадили. Как ни странно, почти все растения принялись на этой насыпной земле, на кучах строительного мусора. И сейчас здесь приятно пройтись. Но работа архитектора в одиночку невозможна. В данном случае совместная политика, когда руководитель тебе доверяет и выполняется работа в команде, дорогого стоит и всегда дает отличный результат. И это работает везде.

Расскажите об интересных нестандартных проектах.

– Мое участие в развитии города было в разных аспектах. Первый мой объект как практикующего архитектора – это кинотеатр «Сказка» (до этого – «Спутник»), который был в аварийном состоянии. Вместо него теперь стоит дом с магазином. Это мой первый проект, потому что все, что мной было предложено, было одобрено и принято. Группой работали над проектом домов 60 и 60а в м-не Октябрьский – там комнаты не совсем обычные – с эркерами. Эскизная часть костела была моя. Митрополит Минский и Могилевский Казимир Свёнтак утвердил мой проект. После меня фасад доработали другие. Место расположения храма в м-не Юбилейный было предложено мной. Тогда к А.С.Якобсону приехал архиепископ Гомельский и Жлобинский Аристарх и предложил построить в городе еще один православный храм (на тот момент был у нас был только Петропавловский). Пока они осматривали город, за полтора часа мне необходимо было подобрать несколько подходящих мест с освещением положительных и отрицательных сторон каждого. Из подобранных вариантов был выбран именно этот. Стандартные ситуации в нашей работе – редкость. Я даже «добывал» мрамор для одного из плэнеров: ездил в Логойский район, чтобы мастера смогли украсить наш город своими творениями.

У нас всегда был хороший отдел архитектуры во все времена, всегда здесь работали хорошие кадры. Так получилось, что очень долго работал в тандеме с Анатолием Ивановичем Решетиловым. Мы помогали друг другу советом. Коллективно всегда все обсуждали, поэтому нельзя сказать, что все проекты только мои. Я ушел в отставку по выслуге лет. Трудно было уходить, потому что любил то, что делал. Наверное, поэтому у меня до сих пор просят совета, звонят, консультируются по каким-то вопросам. После 2009 года кем я только ни работал, но я востребован.

Расскажите, пожалуйста, о своей семье.

– Женат, двое детей, внуков еще нет. Жена Антонина Ивановна уже на заслуженном отдыхе, последнее ее место работы – «Строительный трест №20», инженер в производственно-техническом отделе. Дочь Ирина, сын Артем, оба сейчас живут в Минске, пошли по моим стопам в плане непредсказуемости принимаемых решений. К примеру, дочь прекрасно рисовала и лепила, но выбрала специальность, которую мы никак не ожидали, но я вовремя вспомнил себя и не стал мешать… Она закончила университет физической культуры, работает… Сын занимался с детства баскетболом, играл за Светлогорск. Когда учился в Гомеле, был капитаном команды, лучшим на факультете, участвовал в республиканских соревнованиях. Я горжусь своими детьми.

На что тратите свободное время?

– Дети выросли, огородик есть. А вообще до 50 лет гонял мяч (футбол, баскетбол, волейбол). И детей к спорту приучал. Проблемы со здоровьем небольшие начались, пересел на велосипед. Но любовь к игровым видам спорта никуда не делась, но теперь я – зритель и болельщик.

Василий Васильевич, у Вас богатый жизненный опыт. Дайте совет тем, у кого все еще впереди.

– Не старайся оценить человека – плохой он или хороший. Какой он, ты увидишь в деле, в работе. А сработавшись с ним, обогатитесь оба. Каким бы ты умным ни был, помни, что коллективный ум – это сила. Коллектив формирует личность, должен быть хороший пример, и не силой, а осознанием.